Вот теперь наступил конец. Когда кинологи расцепили псов, они оба еще были живы. Но даже неискушенному зрителю с ватой вместо мозгов было совершенно ясно – ни одна ветеринарная клиника не возьмется за лечение и не сможет вернуть несчастных животных к полноценной жизни. А кормить инвалидов на халяву, без отдачи, никто из профессиональных дрессировщиков не станет. Единственный вариант – это укол, вызывающий паралич дыхательной системы и, как следствие, быструю смерть.

Серж взял микрофон и громогласно объявил победителя схватки – бультерьера по кличке Брэк.

– Я хочу выпить, – сказала Лиза и потащила меня к барной стойке. Я не сопротивлялся. Я понял – выигрыш и проигрыш тут абсолютно ни при чем. Я просто сам изменился, стал другим. Сегодня ночью мне впервые за все время посещений клуба стало противно от того, что я увидел. И я твердо поклялся – ноги моей здесь больше не будет.

Накатив залпом стакан и проводив плотоядным взглядом направившуюся в женскую комнату Лизу, я прислушался к ощущениям своего организма и понял, что сегодня, как и прошедшей ночью, мне хочется накачаться до положения риз. Мой бумажник неожиданно пополнился двумя тысячами баксов, и этот факт вселял оптимизм, по крайней мере, на ближайшие пару дней. Пора было немного подкрепиться, и я заказал у Кости мой любимый салат из кукурузы с помидорами, оливки, а к ним – еще один коктейль «отвертка» для меня и кампари – для Лизы. Кушать прямо у стойки бара было стремно и не солидно, поэтому я попросил друга принести еду на единственный свободный в клубе столик, который отыскался в дальнем углу зала.

Аккурат рядом с бандитским финансистом и его компанией.