– Нам будет хорошо вдвоем, – сказал он. – Для своих гостей я припас немало развлечений, но для меня единственным развлечением будете вы.

– Милый Иван! – нежно произнесла леди Одель. – Вы сказали именно то, что мне так хотелось услышать.

– Наверное, вам надо переодеться. Потом мы попьем чаю, а после этого мне надо будет поговорить с вами.

– Поговорить? – Леди Одель изумленно подняла брови.

– После чая.

Он поднялся, и леди Одель поняла, что спрашивать о чем-либо бесполезно. Ей оставалось лишь повиноваться. Князь, несомненно, обладал властью над женщинами. Он командовал, и они подчинялись ему. Он четко знал, чего хочет, и не допускал, чтобы кто-либо мешал осуществлению его желаний.

Князь проводил ее до дверей. Ожидающий ее выхода лакей провел гостью в спальню, где горничная уже распаковывала багаж.

Спустя час, потому что столько времени леди Одель требовалось для перемены туалета, одетая в изящное платье, придуманное специально для нее великим Фредериком Вортом, она снова появилась в голубом салоне. В спадающей широкими складками атласной юбке, украшенной гофрированным шифоном, она напоминала даже не лебедя, а экзотическую райскую птицу. Светлые волосы нимбом окружали изящно очерченную голову, а завитая челка волной спадала на изогнутые дугой брови.

С полным сознанием собственной красоты она приблизилась к чайному столику, который поместили на ковер рядом с камином. Князь стоял спиной к огню и не спускал с нее восхищенного взгляда.

"Он любит меня", – самодовольно подумала она про себя.

– У вас подают лучший чай в Англии, – заметила леди Одель, разливая чай и демонстрируя всю прелесть своих рук с длинными белыми пальцами. – Впрочем, Иван, это можно сказать обо всем, чем вы, владеете.

– Именно так и должно быть, – ответил князь. – Когда вы шли через комнату, я думал, что никто в Англии не сравнится с вами в красоте и грации.

– Сомневаюсь, что принц Уэльский присоединится к вашему мнению, – улыбнулась леди Одель. – Он всецело поглощен миссис Лэнгтри.