Опустись князь на колени, предлагая ей себя и все свое состояние, Одель отказала бы ему без малейшего колебания. Как бы ни любила она мужчину, а она не раз говорила себе, что любит князя Ивана сильнее, чем кого-либо до него, ее положение в обществе значило для нее несравненно больше.

Эдвард был не только во многих отношениях добрым и великодушным мужем, но пользовался расположением принца Уэльского и считался своим среди других членов жокей и Уайта-клуба. Уйти от него значило отказаться от всего, что составляло ее жизнь. Никто, даже Иван, не в силах был компенсировать этого.

– Итак, сейчас, когда я, по вашему собственному выражению, Одель, стал свободен, – между тем говорил князь, – я пришел к определенному решению, в осуществлении которого и прошу вас помочь мне.

– И в чем же заключается ваше решение.

– Я хочу снова жениться!

Значит, он действительно думает о женитьбе! Леди Одель замерла, пытаясь определить для себя, как отказать ему, в то же время не потеряв его.

– Как вы хорошо знаете, – продолжал князь, – у меня нет детей. Моя жена была беременна, когда произошел тот несчастный случай, в результате которого она потеряла рассудок. – На мгновение его голос стал суровым. – Мне нужен наследник, может быть, несколько сыновей и дочерей, которым я мог бы передать свое состояние и которые привнесли бы новый интерес в мою жизнь.

Леди Одель сидела молча, не зная, Какого ответа он от нее ждет.

– Я тщательно все обдумал, – продолжал князь, – и понял, что среди обширного круга моих знакомых очень мало женщин подходящего возраста.

– Какого именно? – спросила леди Одель изменившимся голосом.

– Этот вопрос я тоже тщательно взвесил, – ответил князь. Я хочу, чтобы мать моих детей была чиста и невинна, чтобы это от меня она научилась любить.