- Ничего не обещала. Мне тоже хочется выйти.

- А что вас связывает с этим русским? Он вам нравится?

- Скорей я ему нравлюсь. Мне хочется как следует влюбить его в себя и посмотреть, что получится.

- Если речь идет об эксперименте, то предлагаю себя в качестве подопытного кролика. Хорошо?

Лилиан сняла его руку со своего плеча. Мухин что-то тихо сказал Лилиан и встал.

- У меня тоже голова болит, - сказала она и встала. - Больше не могу.

Они пошли по проходу, заставленному стульями. Пимброк поднес к глазам часы. Без пяти восемь. Там, наверно, еще не кончили. Надо задержать его. Нет, обоих. Она сперва сделала вид, что намерена остаться и уговорить Мухина тоже остаться, но потом вдруг пошла за ним. Ясно, что они связаны друг с другом. Неужели догадались?

Эймз осветил кровать, луч скользнул по подушке. Из-под нее выглядывал угол книжного переплета. Эймз поднял подушку и вытащил книгу и тетрадь с клеенчатой обложкой. Книга была на русском языке и, судя по внешнему виду текста, сборник стихов. А на титульном листе было написано карандашом: 38(1) 46(2) 58(3) 38(4) 18(5) 10(6).

- Что это? - спросил Робинз.

- То, что мы искали, - ответил Эймз. - В тетради записи. А эта книга может быть кодом. Берите. - Он посмотрел н часы. - Уже без трех восемь. Скорей!

Эймз посмотрел под одеялом и приподнял матрац - больше ничего не было спрятано. Робинз, держа книгу и тетрадь, быстро вышел из номера.

В фойе Лилиан обернулась к Пимброку.

- Я хотела посмотреть на зверства нацистов, а вместо этого... - Она страдальчески поморщилась: - Вы мне все пальцы переломали... Я боялась, что откусите еще мне ухо.

- А почему вы не остались? - строго спросил Пимброк.

- Не сердитесь. - Она погладила его рукав. - Мне ужасно пить хочется. Пойдемте в ресторан при нашем отеле. - Она посмотрела на ручные часики и поднесла их к уху. - У меня остановились. Сколько сейчас?