Полковник одобрительно промычал.

- И там же проживает эта самая американка Лилиан, - сообщил Пимброк. В бельэтаже.

- Зовут его Мухин, - продолжал Эймз, - на вид сугубо штатский, мешковатый, похож на провинциального школьного учителя. Занимает номер на четвертом этаже, в тупичке над биллиардной и баром. Рядом с ним никто не живет, там каморка для запасной мебели, а наискосок у лестницы пустой номер, его проветривают после дезинфекции.

- Вы оба молодцы, узнаю школу сэра Шиллито. - Полковник отрезал ножичком кончик сигары и закурил. - Я рад, что получил вас... но боюсь, что ненадолго. Итак, рекогносцировка проведена, можно действовать. А что касается пойманного француза, то он меня мало волнует. Допросите для проформы и передайте майору Фланагану, он дохнет от безделья. Если француз действительно знает русский, то его следует перевербовать.

- А не связан ли приезд Мухина с предстоящим прибытием советской делегации? - спросил Эймз. - Может быть, Мухину поручили выяснить предварительно местную обстановку.

Полковник мотнул головой.

- Советская делегация не приедет. Черчилль послал приглашение от себя и от имени Рузвельта, но советские руководители ответили, что не могут отлучиться из Москвы. Некогда. Русские доколачивают немцев на Волге.

Эймз подошел к окну и посмотрел на виллы, где остановились Рузвельт и Черчилль. На вилле Мирадор стальные шторы на окнах были спущены премьер-министр, вероятно, еще спал, но на вилле Дар-эс-Саада огромные венецианские окна, выходящие в сад, были распахнуты - проветривали комнаты.

- К Рузвельту поздно ночью вызывали всех военных советников. Только что кончили заседать. Может быть, возникли какие-нибудь осложнения?

- Все идет гладко, - ответил полковник. - Уинни настоял на своем, у него бульдожья хватка. Решено действовать в первую очередь на Средиземном море.