— Чай, — сказал Кристиан.

Как обычно, ему пришлось выслушать краткую оду новому сорту и наблюдать приготовление. Кристиан отхлебнул чай. Достаточно приятный, но на вкус не отличался от тех сортов, которые он здесь уже пробовал.

— Ну? — Торн откинулся в кресле.

Было трудно облечь проблему в слова.

— Я, возможно, женат, — выдавил Кристиан.

Торн застыл с чашкой у рта.

— В таком деле никаких «возможно» не бывает. Человек либо женат, либо нет.

— Ты так считаешь? Ты, случайно, не знаешь тонкостей брачных законов приблизительно десятилетней давности?

— Акт Хардуика? — Торн поставил чашку с нетронутым чаем. Это из ряда вон. — Нет, за исключением того, что, согласно этому акту, тайные браки недействительны. Ты совершеннолетний, так что это не проблема, но акт также диктует, что брак должен быть заключен по лицензии или с объявлением имен вступающих в брак и почти всегда в церкви, между девятью утра и полуднем. Так что если ты вчера ночью спьяну в какой-нибудь гостинице обвенчался, то скорее всего ты свободен.

— Хороший закон. Но ты не о том подумал. Я действительно однажды участвовал в свадебной церемонии.

— Только однажды?! Поразительно.

— Я имел в виду «когда-то», — стиснул челюсти Кристиан. — Незадолго до того, как полк отправился в Канаду. Не было никаких имен вступающих в брак, и это происходило не в церкви, так что если акт был в силе…

— Но черт возьми, Кристиан, акт появился больше десяти лет назад. Думаю, в 1753 году. Тебе было шестнадцать!

— Церемония состоялась в 1754-м. Это означает, что акт уже действовал?

— Законы не всегда вступают в силу немедленно. — Поднявшись, Торн дернул шнурок колокольчика. — Пригласите Оверстоуна, — приказал он вошедшему лакею.

Секретарь Торна быстро появился.

— Брачный акт 1753 года, — сказал Торн. — Когда точно он вступил в действие?