
— Ну и денек у меня сегодня выдался, — снова заговорил мужчина, по–прежнему не глядя на Робин. — Сначала мне пришлось рыть могилу для несчастного мертвого пса…
— Мертвого пса? — перебила его Робин. От удивления к ней даже вернулся голос. — Вы хотите сказать, что собирались хоронить собаку?
При этих словах Гарм, мирно трусивший рядом, снова издал низкое недовольное рычание, обнажив желтоватые клыки.
— Тихо, Гарм! — осадил его хозяин. Пес тотчас же замолк, и Робин снова пришло в голову, что, несмотря на грозный вид Гарма, более опасным существом в этой паре был все–таки человек. — А вы что подумали? — продолжил мужчина, уже обращаясь к ней. — Впрочем, не говорите, догадаться несложно. Вам лучше бы выбросить из головы те глупости, которые вы себе напридумывали. Это был обыкновенный бродячий пес, впрочем довольно крупный, хотя с Гармом его не сравнить. Скорее всего метис овчарки. Он поселился здесь несколько недель назад и принялся таскать мелкую живность у окрестных фермеров. Думаю, что кто–то из них и разделался с ним.
— Разделался? Что вы имеете в виду?
— Трудно сказать, — пожал плечами ее собеседник. — Я бы предположил яд. На теле не было никаких следов…
Робин вновь ощутила подступающую дурноту и судорожно вцепилась в плечо мужчины.
— Только не начинайте снова! — раздраженно проворчал тот. — Решительно, там, наверху, кто–то очень сердит на меня и посылает мне одно испытание за другим. Сначала я обнаруживаю труп этой… овчарки в моем саду, потом мне приходится долбить закаменевшую землю, чтобы похоронить его. А в довершение всего появляется незнакомая дамочка с больным воображением, которая принимает моего пса, да и меня, похоже, вместе с ним, за адский призрак. Рассуждая здраво, нужно было просто оставить вас валяться там, где вы упали.
С этими словами мужчина пнул ногой деревянную дверь дома, пронес Робин через полутемный холл и не слишком аккуратно усадил — почти швырнул — ее на стул в помещении, которое, судя по всему, служило кухней. Не утруждая себя дальнейшими церемониями, он тут же повернулся и вышел.
