– Завтрак уже час стынет на кухне! – с упреком сообщи­ла мисс Баггеридж, забирая у хозяйки перчаткой шаль. – Не­медленно садитесь за стол, мисс Элинор! Разве можно носиться всему городу, как угорелая! Даже не знаю, что бы сказала ваша бедная мама, если бы узнала, что вы ведете себя так опрометчиво.

С детства привыкнув к поучениям преданной служанки, мисс Тресильян молча снесла все упреки. Она сняла соломенную шляпку, которая очень ей шла, и поинтересовалась:

– А где мисс Люси? Наверное, она уже давно позавтракала.

– Этого можно было бы ожидать от воспитанной молодой девушки, – угрюмо ответила мисс Баггеридж. – Хотя с какой стати мисс Люси станет вести себя прилично, когда у нее перед глазами ваш пример…

– .. .я не знаю, это уж точно! – закончила за нее предло­жение Элинор Тресильян.

Мисс Баггеридж бросила на хозяйку сердитый взгляд.

– Мне, конечно, не подобает делать подобные замечания мисс, и я вовсе не собираюсь говорить на эту тему, но когда речь заходит о молодой девушке, разгуливающей по городу с картонкой в руках и без слуги, как самая обычная простолю­динка, совесть не позволит мне молчать.

– Если Люси вышла с картонкой, значит, она отправилась за платьем из французского батиста, которое отдали на пере­делку, – спокойно заметила мисс Тресильян.

Мисс Баггеридж недоверчиво фыркнула, но воздержалась от дальнейших замечаний. Увидев, что хозяйке подали горя­чий кофе и хлеб с маслом, она достала из кармана запечатан­ное послание и сказала недовольным голосом:

– Письмо из Бата от мисс Клары. Если хотите знать, за не­го пришлось платить целый шиллинг. Наверное, вам лучше прочитать его, но я бы на вашем месте, мисс, открыла его толь­ко после завтрака.