— Вы совершенно правы, Дэнни! — Она обворожительно улыбнулась. — Просто я вспомнила то, о чем вы очень часто твердите: “Частный детектив намного проворнее полицейского-профессионала”. Теперь все расставлено по местам: полиция пытается найти убийцу Кендалла, вы — убийцу собаки Донны Альберты!

Я попытался проигнорировать это саркастическое замечание и снова уставился на пуловер. Скоро прирожденный исследователь, каким я всегда считал себя, взял верх над моими оскорбленными чувствами.

— Ты занималась пением, когда была ребенком, Фрэн? — лениво спросил я.

— Хотите знать, была ли я наушницей?

— Ладно, это все пустяки, — устало сказал я и поплелся к себе в кабинет.

— Эй, Дэнни! — окликнула она меня. — Чуть не забыла — начиная с половины десятого несколько раз звонил какой-то Касплин. Просил позвонить ему прямо сейчас.

— Отлично, — повеселев, сказал я. — Кстати, у него тоже рыжая секретарша. Только у нее побольше, чем у тебя.

— Вы имеете в виду, что она выше ростом? — ледяным тоном спросила Фрэн.

— Частично, — согласился я. — Когда у меня будет много свободного времени, я напишу статью о том, почему матери должны давать своим дочерям уроки пения.

— Так вы о пении! — Ее лицо посветлело. — Я действительно пела в хоре, пока училась в средней школе. А что?

— Сразу видно. — Я был очень доволен. — Размер тридцать восьмой, верно?

Я быстро захлопнул за собой дверь, чтобы Фрэн не успела ничего ответить. Сев за большой стол, я придвинул к себе телефон.

Ответило слегка сиплое контральто, принадлежавшее рыжеволосому изваянию.

— Это Дэнни Бойд, — бодро сказал я. — Слышите скрипки?

— Только аденоиды, — сухо ответила она. — Мистера Касплина нет!

— Вы уверены? — спросил я укоризненно. — Под стол не заглядывали?

— Повторяю второй и последний раз, — сказала она раздраженно. — Мистера Касплина нет!