– Что ж, мне наверное, придется танцевать в черных, – наконец согласилась Лиза.

– Я тоже так думаю, – сарказм, сквозящий в голосе Сары, не произвел на Лизу никакого впечатления.

Совершенно ясно, что Лизе придется надевать черные туфельки, которые она терпеть не могла. Их купили менее трех месяцев назад. Сара почти уверена, что Лиза ни разу не надевала их. В общем-то, дело было даже не в этом. Просто Лизе хотелось, чтобы вокруг предстоящего бала в честь ее семнадцатилетия побольше суетились. Как ни как, а это ее первое официальное появление в обществе владельцев крупных овцеводческих ферм. Несколько месяцев подряд она обдумывала каждую деталь своего нарядного туалета. Она планировала приобретение пары бальных туфель в тон нежно-розовому атласному платью, которое шила сейчас для нее лучшая портниха Мельбурна. Сара невольно вспомнила о стоимости этого платья и еле сдержала тяжкий вздох. Возможно, Лиза с укоренившейся в ней любовью к роскоши вскоре по расходам догонит свою мать. Обычно, Ловелла приносила приличный доход от разведения овец. Но нынче стоит страшная засуха, прибыли резко сократились, а аппетиты женщины не убавились. Без воды овцы мрут как мухи. Они же являются основной статьей доходов фермы.

– Вон мистер Персиваль, – заметила Лиза с явным облегчением, как только двуколка свернула на узкую улочку, ведущую к пристани. Девушка показывала пальцем совсем не как леди. Сара должна была одернуть ее, но в последний момент передумала. У нее не осталось сил и желания вступать в перебранку, которая последует.

Она просто посмотрела туда, куда указывала сестра. На фоне стоявшего у пристани корабля с высокими мачтами, виднелся силуэт коренастого мужчины в широкополой шляпе, сдвинутой на затылок. Мистеру Персивалю было больше сорока лет.