Она задержалась перед зеркалом на туалетном столике Дженни и проверила, не выбились ли каштановые пряди из-под большой золотой заколки на шее. Но, увидев свое отражение, Чарли потеряла интерес к только что подкрашенным волосам. Она смотрела в свои глаза, некогда живые и ярко-синие, а теперь потухшие и равнодушные. Она подозревала, что всему виной возраст. Возраст, материнство и Элизабет Хобарт. Внезапно в Чарли вспыхнула искра надежды. Может быть, теперь, когда Элизабет Хобарт больше нет на свете, она начнет наконец жить. Может быть, она прекратит разыгрывать из себя женщину, которой не является. Может быть, она в конце концов станет такой, какой ее создала природа. Она, правда, не знала, какова эта женщина.
Чарли взглянула на снимки, вырезанные из журналов и аккуратно прикрепленные к краю зеркала: пугающего вида рок-группы с незнакомыми названиями и фотография самой Дженни, темноволосой и большеглазой, снятой вместе с мохнатой коричневой собакой, принадлежащей Тесс. На фотографии Дженни улыбалась. Чарли вдруг осенило, что уже очень давно она не видела улыбки на лице своей задумчивой дочери. Возможно, собака вызвала веселую улыбку Дженни, а может быть, девочка улыбается только потому, что находится у Тесс. Снимок был сделан прошлым летом.
Несмотря на многочисленные странности, ее подруга, видимо, по-прежнему обладала доброй, отзывчивой душой прежней Тесс, с которой Чарли когда-то так близко сдружилась в колледже. Но кто знает: если переменилась Чарли, то могла перемениться и Тесс. Последние несколько лет они ограничивались телефонными звонками на Рождество и переговорами весной по поводу отдыха Дженни. Чарли прикоснулась пальцами к фотографии дочери и подумала, стали бы они с Тесс поддерживать отношения, не связывай их Дженни. Дженни – загадочный подросток в жизни Чарли.