– Я его встречал.

Человек говорил тихо, она едва расслышала. И все же различила скрытый гнев в его тоне. Он выпрямился и повернулся, чтобы уйти, но в этот момент его взгляд встретился со взглядом Аллисон. Он немедленно взъерошил волосы и начал пробираться сквозь толпу, не обращая внимания на вопросы корреспондентов.

– Вы давно живете на улицах?

– Что вам известно об убийствах?

Аллисон на этот раз не нашлась что спросить. Ее голова усиленно работала, переваривая информацию, которая пока была скорее интуицией. Правда, если не считать его глаз – карих, ясных, умных и чистых. И ведь он немедленно спрятал их от нее, как будто боялся, что она заметит… что?

Она подобралась к Рику и прошептала:

– Держи его в кадре как можно дольше. Рик вопросительно взглянул на нее, но послушался.

– Что ты о нем думаешь? – спросила она, когда человек исчез из виду и Рик опустил камеру.

– Ничего, – пожал плечами оператор. – А ты что о нем думаешь? Ведь это ты потребовала его снять.

– Не знаю. Что-то не так. Он странно себя вел.

– Испугался. – Рик снова поднял камеру и начал искать, что бы снять поинтереснее.

– Нет, – не согласилась Аллисон. – Не то. Он не был испуган. Он разозлился. Я видела по глазам.

– Угу, они все злы на весь белый свет.

– Черт, я про другое. Ты его разглядел? Он отличается от остальных.

– Чем отличается? По мне такой, как все бродяги. Как ты думаешь, мы достаточно наснимали?

– Просто отличается. Он сильнее, моложе, энергичнее… ну, не знаю. И глаза у него не мутные и отрешенные, а ясные и умные. Ты заметил, как уверенно он пробирался через толпу? Уж не говоря о том, что наклонил голову, чтобы спрятать лицо. Хотя чего уж там прятать осталось? Готова поклясться, что у него перманент. Ты много видел бездомных, тратящих деньги на перманент?

Рик одной рукой обнял Аллисон за плечи.

– Тебе не кажется, что ты просто начинаешь фантазировать из желания сделать потрясный репортаж?