Кейла сделала себе сандвич с ветчиной, поблагодарила экономку и пошла к себе в комнату — разбирать чемоданы и расставлять книги.

В окружении знакомых вещей она почувствовала себя гораздо увереннее. Переодевшись в шорты и легкую рубашку, Кейла надела широкополую соломенную шляпу и отправилась на прогулку.

Дом стоял посреди цветущего сада, ограниченного с трех сторон живой изгородью. С четвертой стороны сад выходил прямо на пляж. Сквозь просветы между деревьями проглядывало искрящееся синевой море; к пляжу вели каменные ступени, и Кейла присела на верхнюю, чтобы полюбоваться прекрасным видом. Камень уже нагрелся на солнце, и Кейла невольно поежилась, вспомнив сырую тесную квартирку, где они с мамой прожили последние пять лет.

Кейла всхлипнула, стараясь сдержать слезы. Мамы не стало почти год назад. Но за этот год чувство невосполнимой утраты и боль потери не притупились.

Она пыталась как-то жить дальше, но все ее чувства словно застыли. Наверное, поэтому она не сразу поняла, что Феликс Морган пытается «прибрать ее к рукам», подчинить своей власти...

До сих пор, вспоминая об этом, Кейла поражалась тому, как долго жила в плену иллюзий. Ей понадобилось целых три месяца, чтобы понять, что происходит. Пришлось срочно спасаться бегством, но в результате она оказалась без крыши над головой.

Кейла не знала, что было бы с ней тогда, если бы не Остин. Он не только устроил ее в квартире своей приятельницы, но и нашел для нее работу в одном знакомом семействе. Три раза в неделю Кейла готовила еду и убиралась, так что у нее появилась возможность отложить немного денег. В противном случае ей бы пришлось работать все лето, и тогда ни о каком отдыхе на море не было бы и речи...

Зажмурившись, Кейла подставила лицо теплым лучам солнца. Конечно, было бы гораздо удобнее, если бы она поселилась в отдельном домике на берегу. Тогда она была бы предоставлена сама себе, а так ей придется сталкиваться «нос к носу» с Майклом Ферри едва ли не каждый день.