— Заметили что-то подозрительное во внешности? — заинтересовался я. — Не так себя вел?

Уолнат покачал головой.

— Приехал сюда один, — ответил он.

— Ну и что из этого?

— Без девочки.

Полник бросил на меня сочувствующий взгляд и многозначительно покрутил пальцем у виска.

— Без девочки? — спросил я Уолната. — А это имеет какое-то значение?

— Послушай, лейтенант, — ответил он. — Все, кто приезжает сюда и снимает отдельные домики, всегда с девочками. Старики с молоденькими, среднего возраста с молоденькими, а иногда и молодые парни и тоже с молоденькими. Но все они с девочками. Иначе зачем им сюда вообще приезжать, в такую дыру?

Он крякнул и больно поддел меня своим острым локтем под ребро.

— Нет, сэр! Я сразу понял, что этот Дейвис жулик, как только увидел его без девочки!

— По-моему, ты слишком много думаешь о девочках, приятель, — сказал я. — В твоем-то возрасте…

Он опять крякнул, но на этот раз я успел отвести его локоть.

— Не такой уж я старый, — самодовольно произнес он. — Не верите, спросите у вдовы Смит, которая живет через дорогу. Если бы не я, не знаю, что бы она делала длинными зимними ночами, сэр!

Мы подождали у дальнего домика, пока он откроет дверь, затем вошли. Полник заглянул через плечо управляющего и, казалось, расстроился, так как не увидел в комнате еще один труп. Осмотр домика не занял много времени. Хауи Дейвис оставил после себя только один чемодан, в котором был костюм, пара рубашек, смена нижнего белья и носки. В одном из ящиков комода я нашел письмо со штемпелем Сан-Франциско, адресованное Дейвису на его адрес в Сан-Франциско; отправлено оно было чуть больше недели назад.

Я вытащил письмо из конверта и прочитал его:

Дорогой Хауи!

Уже шесть месяцев ты не платишь мне алименты, и я больше не собираюсь верить твоим оправданиям. В том случае, если ты не заплатишь мне всю сумму в течение последующих трех дней, я упрячу тебя за решетку.