То, что Колючка стояла за его спиной и тиранила его своим ежевичным взглядом, окончательно сбило Пита с толку. Чего она хочет от него? Почему так пялится?

– В чем дело? – поинтересовался он довольно резко, стараясь не прятать глаз от пронзительного взгляда Колючки. – Чего ты толкаешься?

– Расслабься, Мышонок. – Она спустилась на несколько ступенек и села рядом с Питом. Его взгляд уткнулся в ее сапожки, сшитые из фиолетовой замши – Колючка всегда носила что-то фиолетовое или черное. – Я тебя не трону.

– Не очень-то я и боюсь, – недовольно пробурчал Пит. Еще не хватало бояться девчонки, даже такой, как Колючка.

– Ну да, – усмехнулась Колючка, растянув тонкие губы в улыбке, такой же колючей, как и она сама. – Не боишься. А кислый такой, потому что влюбился в сладенькую Дженни.

Лицо Пита вытянулось и тут же пошло алыми, как бочок манго, пятнами. Колючка залилась звонким смехом и хлопнула себя по колену. Этот звук заставил Пита прийти в себя и наконец-то возразить чрезмерно догадливой Колючке.

– С чего ты взяла?! Что за ерунда?! – делано возмутился он.

Но за его возмущением Колючка тут же разглядела фарфоровое личико Дженнифер Китс.

– Если злишься, значит, точно влюбился! – констатировала она, все еще смеясь. – Мышонок и сладенькая Дженни… Вот потеха!

– Слушай, чего ты ко мне пристала! – окончательно взбесился Питер. – Не можешь жить спокойно, пока не выпустишь когти?!

Колючка внезапно посерьезнела.

– Да ладно. Я не собираюсь шутить. Просто… Просто весь день ты был такой кислый, что мне… мне показалось, у тебя неприятности…

– И ты решила мне их добавить?

– Не выпускай иголки. Это моя привилегия.

Пит посмотрел на Колючку. Сейчас глаза ежевичного цвета не казались такими темными и жуткими. Освещенные куцыми лучами солнца и ее улыбкой, они посветлели. Пит улыбнулся в ответ.