Им нужна любая помощь, тем более та, которую оказывала Анна. Ему доставляло удовольствие сотрудничество с нею, он любил ее, но в отличие от других мужчин уже тогда отдавал себе отчет, что под этой потрясающей оболочкой скрывается абсолютное бессердечие. И он почувствовал, что за ее убедительными возражениями кроются какие-то личные интересы, а не беспокойство за судьбу родной страны. И что бы с ним ни случилось – выиграет ли он или потерпит поражение, – Ева сумеет выжить. Что бы она ни делала, а теперь он понимал, что она способна на многое, все это служит исключительно для достижения ее собственных интересов. И она не остановится ради них ни перед чем.

– Хорошо, – проговорил он – Будь осторожна. Неизвестно, каков будет результат, но крови прольется немало.

– Я всегда предельно осторожна, – успокоила его Ева, обвив руками его шею. – А сейчас давай снова насладимся друг другом перед расставанием…

– Надеюсь, мы расстанемся ненадолго.

«Ты надеешься, а я действую, – подумала про себя Ева. – И это наша последняя встреча. Последние часы с тобой. И последние мои часы в Венгрии».

Она продолжала свое дело до тех пор, пока на улицах можно было передвигаться без опаски. Но пробил час, и все взорвалось. По мостовой двинулись танки, а мертвые тела оставались лежать на тротуарах. Анна заперлась в маленьком магазинчике и затаилась. Ласло дал ей ключи для того, чтобы она могла переждать опасность. Она не видела своего официального любовника в течение недели – пока улицы города контролировали жители, у которых в печенках сидела служба безопасности, и они расстреливали любого человека оттуда, кем бы он ни был. Беспокоило Еву только одно – сумел ли он спрятать концы так, чтобы она могла беспрепятственно продвигаться к своему будущему. Она собиралась похоронить Анну Фаркас в обломках сгоревших зданий, бумаг и документов, пылавших на площадях.

Многих людей в то время похоронили без всяких церемоний и официального опознания личности.