Джефферсон Дюпре отхлебнул кофе, хотя тот был еще слишком горячим. Сейчас это все же лучше, чем делать глубокие вдохи. И когда он взглянул на сверкающий предмет в руке Бинера, то чуть не поперхнулся.

На грязном фоне совершенная красота вещицы была почти неприличной. И ценность не вызывала сомнений.

— Откуда ты это взял? — спросил детектив.

— Я же сказал, что это чужое, — повторил Бинер. От него не ускользнул интерес детектива. — Я нашел это в парке.

Дюпре подкинул серьгу на ладони, пытаясь припомнить, где он мог ее видеть.

— Я нашел это возле сцены после митинга, — продолжал Бинер. — Я всегда исполняю свой долг и выслушиваю политиков. На тот случай, если мне захочется против кого-нибудь проголосовать, — добавил он, хихикнув, чтобы дать понять, что это шутка.

Джефферсон Дюпре зажал в ладони бриллиант и почувствовал, как над верхней губой выступила испарина. Теперь он вспомнил, где он его видел. Как раз такой красовался в ухе Аманды Поттер. Она, видимо, потеряла его, когда падала.

— Ты поступил правильно, — сказал он и порылся в кармане в поисках бумажника. Бинер нахмурился и вскочил.

— Не надо мне денег! — выпалил он. — Я не беру платы за правильные поступки. Я же не нищий. У меня всего-навсего нет дома.

Дюпре поморщился. Он знал, что Бинер очень обидчив, как и многие бездомные, живущие на улице, с которыми ему довелось столкнуться.

— Эй, приятель, я не имел в виду ничего такого, — сказал он мягко. — Эта вещь действительно очень ценная. Ее хозяин будет рад получить ее обратно. Я собирался вручить тебе вознаграждение. Разве человек не может принимать вознаграждений?

Бинер расплылся в улыбке, обнажив все три оставшиеся зуба.

— Ну тогда ладно. Думаю, может, — сказал он. Зажав в ладони двадцать долларов, он исчез значительно быстрее и тише, чем появился.

— Боже правый, — сказал Моррел, входя в офис и распыляя перед собой баллончик с освежителем воздуха. — Это кажется невероятным, но готов поклясться, что от него воняет еще сильнее, чем в прошлый раз.