Никос Ангелаки стоял в углу бального зала и смотрел на танцующих, смеющихся, потягивающих шампанское гостей. Все мужчины были в одинаковых черных смокингах, женщины — в роскошных платьях. Блистая бриллиантами и драгоценными камнями, они напоминали рой разноцветных бабочек. Посмотрев на часы, Никос направился к выходу, чувствуя на себе заинтересованные взгляды. К своим тридцати двум годам Никос привык к подобному вниманию.

Уже у двери он обратил внимание на привлекательную блондинку в откровенном платье с низким вырезом, а затем вышел.

Никос не в первый раз был во дворце, но на него всегда производило сильное впечатление его великолепие, обитые шелком стены и бесценные произведения искусства. Стоявшая у власти королевская семья, принадлежащая дому Каредес, обладала огромным богатством, и на приемах, которые здесь устраивались, собиралась не только вся аристократия страны, но и главы государств.

Никос усмехнулся. Вряд ли всем этим людям пришло бы в голову, что почетный гость вечера, приглашенный самим принцем-регентом, был родом из афинских трущоб.

«Интересно, — цинично размышлял Никос, — если бы кому-нибудь, хотя бы вот этому дворецкому, стало известно, что моя мать когда-то работала здесь на кухне, был бы он со мной так же вежлив и обходителен? Вряд ли».

В любом случае об этом не знал даже Себастьян, несмотря на то, что они с принцем стали близкими друзьями.

Пройдя коридор, Никос толкнул дверь и оказался в банкетном зале. Там никого не было, не считая официантки в дальнем конце. Она, в отличие от остального персонала дворца, не ставила рекордов скорости, неторопливо убирая салфетки.