— Переживает, — обмякнув в руках матери, Волошин отпустил парня, - Ты знаешь, кто он? — заплакал и махнул рукой.
— Я потом зайду, — с потемневшими от страдания глазами Мягков пошел к двери.
— Черт его знает, что там произошло, — зло проговорил майор милиции. — Вроде подтверждается первая версия о преследовании «жигулями» «джипа». И оружие в сгоревших «жигулях» то, из которого стреляли по «джипу». А оттуда отстреливались из автомата. Но выбоины не те, —выражая свое недоумение, майор вполголоса выматерился. — И опознать тех, кто был в машинах, невозможно.
— А что по делу об убийстве жены и дочери Волошина? — строго спросил седой человек.
— Ничего, — с досадой сказал сидевший напротив молодой мужчина в штатском. — Никаких следов. Ясно одно: убивали женщин те, кто умеет работать ножами. Все удары смертельные. А уж потом,- отрезая уши, нос, язык, просто тешились, сволочи! Никаких отпечатков, и следы перед вагончиком затерты.
— А не связано это убийство со сгоревшими машинами? —спросил седой. — Отчего они загорелись?
Эксперты утверждают, что от выстрела в бензобак, — ответил майор. — А что касается связи, то скорее всего это какие-то, я говорю про убийц женщин, насмотревшиеся видео про маньяков наркоманы. Потому что даже просто преступник, убийца, не сможет проделать такое.
— Но вы сами говорили, что били ножами профессиональные убийцы, — напомнил седой.
— Это говорил я, — ответил за майора штатский. — Но это не мешает убийцам или убийце быть наркоманом или просто придурком, возомнившим себя Джеком-потрошителем.
Вы можете это объяснить Волошину? — сердито сказал седой. — Он целыми днями ходит по кабинетам и требует, чтобы милиция нашла преступников! Пишет жалобы. Вот, — он поднял несколько исписанных листов: — он кулаком припечатал листки к столу. — Мне стыдно ему в глаза глядеть. Что я ему говорить должен? Ваши предположения излагать? —он оглядел хмурые лица присутствующих.