Здравствуйте, — к женщинам подошел Валерий.
— Дмитрий Сергеевич где?
— В доме он, — явно обрадованная его появлением сказала старуха. — Иди к нему. А то, боюсь, он умом тронулся.
Парень быстро пошел к дому.
— Испереживался весь, — посмотрев ему вслед, заметила одна из женщин.
— Любил, знать, Зинку-то, — вздохнула другая, — а она его к себе не особо подпущала. Ведь он милиционер, лейтенант. Только с училища приехал.
— Говорят, уходит из милиции-то, — сообщила где-то услышанную новость третья.
— Здравствуйте, дядя Дима, — входя, поздоровался Мягков.
Вспомнил я! — воскликнул Волошин. — Все время у меня перед глазами это стояло. Когда я с пасеки уезжал, то через старую дорогу поехал. И там, где машины горели, как раз у этого места «жигули» видел. Номер еще интересный. Как раньше водка стоила. Три шестьдесят два. И еще две цифры. Их сейчас заместо буквенных обозначений ставят. Две семерки.
— Московский номер, —сказал Мягков.
— Вот я и думаю, — Волошин- возбужденно заметался по горнице, — может, они чего видали! Надо в Москву ехать, найти их и спросить. Может, чего видали, — он с надеждой посмотрел на парня.
— Вы номер точно запомнили? — подстраховался Валерий.
— Точно. Я говорю тебе — цена водки в то время, когда я выпивать начал, три шестьдесят два была. И две семерки. Правда, про цвет не скажу, сумерки были. Но номер точно запомнил.
— Я сегодня запрос сделаю, — немного подумав, сказал Валерий. — И про то, что лучше самим поехать, вы правильно решили. Сейчас с милицией откровенничать не любят. Даже если и видели что-то, не скажут.
— А ты, говорят, из милиции уходишь? — спросил Волошин.
— Пока в отпуске, — поморщился парень. — Я рапорт подал. Меня вызвали и говорят: подумай, вот и отправили в отпуск. — Порывисто отвернувшись, неожиданно всхлипнул. — Я бы все одно ушел. Зина говорила, что за милиционера не выйдет.