Увидев в, быстро опущенном стекле ствол автомата, втолкнула дочь в вагончик, вбежала сама и, захлопнув дверь, задвинула засов.
— Не стреляй, — Фреди остановил вскинувшего автомат Иглу. — Может, здесь кто рядом есть. Ножами поработайте.
Из вагончика раздались громкие женские голоса, зовущие на помощь.
— Пошла, — пожилая женщина шлепнула неторопливо выходящую из хлева корову. По деревенской улице двигалось стадо. Посмотрев вслед своей кормилице, женщина повернулась к дому и увидела светло- зеленую «ниву».
— Здравствуй, мама, — человек с заметно поредевшими волосами открыл заднюю дверцу и достал две молочные фляги.
— На пасеку? — спросила она.
— Туда, — подхватив фляги, мужчина пошел к колонке.
— А как же ты оставил пасеку-то, — всплеснула руками женщина. — Ведь разворуют пчел-то!
— Там Саша с Зиной, — набирая воду, успокоил ее сын. — Я вчера уехал за лекарством. Клещ заел.
— Ты, Митрий, гляди, — строго сказала старуха. — Зинку не распущай. А то ведь счас в городах больших страсть чего делается. Вон по телевизору говорят...
— Все, мать, — с трудом поставив фляги в машину, он махнул рукой. — Я уехал..
— Фреди, — стягивая с рук перчатки, проговорил Пират, — Штангу-то мы, наверное, зря там оставили. Ведь мусора могут через него на Степаныча выйти.
— В таком костре, какой мы там устроили, — лежа на брошенном на полу вагончика матраце, усмехнулся Фреди, — любящий сын свою маман не узнает. Да и поймут, что в них стреляли не сразу. Так что успокойся.
— Так какого хрена мы здесь торчим? — недовольно спросил мускулистый. — Надо было валить, пока...
— Завянь, Гайдук, — оборвал его Фреди. — Забыл, сколько раз нас гаишники тормозили, пока мы сюда добирались? А назад поедем — сам понимаешь, днем-то еще, может, ни хрена. А после семи и на омоновцев нарваться запросто можно. Они, суки, всю машину пронюхают.