Джоуи! Милое мальчишеское имя. Но человек, который его носит, на невинного мальчика не похож. Он убийца. Хладнокровный, безжалостный убийца. И наивно надеяться, что он не осмелится поднять руку на женщину — особенно если побег этой женщины угрожает его собственной жизни…

Трейси миновала еще один этаж. Джоуи не слышит ее шагов — ведь она специально надела теннисные туфли.

Все было продумано до мелочей. Утром она вышла на теннисный корт и с полчаса старательно стучала мячом об стену. Затем, не переодеваясь, вернулась к Нику и Николь и поставила им горчичники. А через несколько минут бросилась к телохранителю с криком, что дети больны, у них температура, их надо срочно везти к врачу…

Слава богу, мужа сейчас нет в городе. Иначе ей бы ни за что не вырваться из дому.

У детского врача Трейси была уже не раз. Знала схему здания, расположение кабинетов. Знала, как ускользнуть от своего так называемого «телохранителя».

— Ах ты, сука! — донесся сверху рев Джоуи.

Вот и первый этаж.

Никогда прежде Трейси не думала, что способна так бегать! Отчаянно прижимая к себе детей, она бросилась к вожделенной двери, распахнула ее… и тут раздался громкий вопль Ника.

Трейси побежала через холл. С лестницы доносились громкие проклятия, эхом отражаясь от стен. Господи, только бы такси было на месте! Пожалуйста, господи…

Она позвонила из кабинета медсестры. Заказала такси и пообещала пятьдесят долларов сверх счетчика, чтобы таксист остановился прямо у крыльца и дождался женщину с двумя детьми на руках. Если его нет…

Трейси помчалась к дверям, кого-то толкнула и пробормотала вместо извинения: «Меня ждет такси». В другом конце холла распахнулась дверь — это Джоуи.

Теперь заходится в плаче и Николь. Люди недоуменно оборачиваются вслед безумной мамаше, бегущей сломя голову с двумя орущими младенцами на руках. Трейси уже думала о том, что станет делать, если Джоуи ее схватит. Закричит: «Помогите, меня хотят похитить!» И, быть может, какой-нибудь отважный добрый самаритянин…