Салон машины был достаточно большим, но Мэри все равно казалось, что Томас сидит чересчур близко. Рука Тэчера, лежавшая на рычаге, никак не могла коснуться ее колена; тем не менее, девушка непроизвольно отодвинулась и тут же сделала вид, что просто устраивается поудобнее.

– Похоже, мы сильно опаздываем, – раздался сзади беспокойный голос Джун. – Джон может подумать, что я не приеду.

– Сомневаюсь. – «БМВ» мягко тронулся с места. – Брат беспредельно верит в вас.

– Не больше, чем я в него. – Джун немного помолчала, а потом нерешительно спросила: – Вы были с ним, когда Джон рассказывал все родителям?

– Да, – последовал ответ. – Ему была нужна моральная поддержка.

– А разве вы поддерживаете его? – вмешалась в разговор Мэри. – Вчера вечером вы утверждали обратное.

– Конечно, от радости я не прыгаю, – признался Томас, – но это не значит, что я собираюсь бросить брата на произвол судьбы.

– И как ваши родители восприняли это известие? – осведомилась Джун.

– О, не беспокойтесь, наши родители, воспитанные люди и шума поднимать не будут! – Тон мужчины снова стал резким. – Остается лишь делать хорошую мину при плохой игре.

После этих слов Джун замолчала, но Мэри понимала, что на заднем сиденье сестра кипит от негодования. Томас совсем не стремился облегчить им задачу.

Мэри сама волновалась, готовясь к встрече с родителями Джона. Они могли быть сколько угодно воспитанными людьми, но тем труднее им принять этот брак. Разговор в узком семейном кругу мог заставить Джона образумиться.

Большой, увитый плющом дом Тэтчеров стоял посреди ухоженного парка. Дом казался более впечатляющим, чем Мэри могла себе представить.

Томас остановил машину у входа и слегка пожал плечами, когда Мэри вышла, не дожидаясь его помощи. Зато Джун приняла руку Тома и выпорхнула из машины, словно подобные знаки внимания уже вошли у нее в привычку.