– Скорее всего, – кивнула Кэсси, но тут же гневно обернулась к нему. – Но это вовсе не повод, чтобы врываться ко мне в дом!

– Элис на всякий случай оставила мне твой телефон, вот я и решил, что Картрайты привезли ее сюда.

– В дом, где тебе столько раз приходилось бывать, – резко парировала Кэсси. – Мне жаль огорчать тебя, но я выкупила половину, принадлежавшую Джулии. Впрочем, неважно. Попробуй снова позвонить Картрайтам.

Судя по выражению его лица, Нику явно не по душе были ее слова, однако, пролистав записную книжку, он набрал номер на своем сотовом. Долгие гудки.

Минуту оба молчали, встревоженно глядя друг на друга, затем Ник прерывисто вздохнул и спросил:

– Послушай, можно мне принять душ? Я глаз не сомкнул всю дорогу назад. В голове какая-то вата. Может, если освежусь, сумею сообразить, что к чему.

– Конечно. Ванная наверху, сразу направо.

Стараясь побороть волнение, Кэсси пошла на кухню выключить суп. Она очень любила малышку Элис и с радостью оторвала бы Максу Сеймуру голову за то, что он посмел не явиться вовремя, чтобы забрать дочку на Рождество. Когда в дверь снова позвонили, на этот раз точно в назначенный час, Кэсси беспомощно всплеснула руками. Она потратила столько времени и сил на приготовления, однако теперь все ее мысли сосредоточились на Элис. Дверь распахнулась, и Руперт Эшкрофт предстал перед нею в безупречном деловом костюме, протягивая огромный букет.

– Здравствуй, Кэсси. Это тебе.

– Как мило, Руперт, спасибо. Входи же. Проходи в гостиную. Я только поставлю цветы в вазу.

Когда она вернулась в комнату, Руперт с явным удовлетворением разглядывал обстановку. Столик украшали цветы и свечи.

– Как здесь уютно, Кэсси… – проговорил он, оборачиваясь к ней, и вдруг изумленно осекся.

Должно быть, с этими локонами, недовольно подумала Кэсси, она похожа на Медузу. Один лишь взгляд – и мужчины обращаются в камень.