
— Я все знаю, Марджи. Про тебя и Ника, — сказал он тихо. Она отстранилась, но он схватил ее за плечи. Пусть выслушает. — Я знаю, какая тяжелая у тебя была жизнь. Но Боже мой, что я могу теперь изменить? — Он увидел слезы в ее глазах и оторопел. Ему не хотелось причинить ей боль, но он продолжал: — И еще я знаю, он предал тебя! Черт! Ведь и я предал тебя тоже! Но послушай: не считай меня таким же, как Ник. Если я говорю тебе о том, как ты прекрасна и как я люблю тебя, это не означает, что я бесполезный и ленивый болтун.
— Да что ты говоришь! — вдруг набросилась на него Марджи. — Разве ты не лгал мне? Разве не делал мне предложения? Разве не говорил, что мы поженимся, когда ты вернешься? — Распалившись, Марджи с такой силой толкнула его, что сама потеряла равновесие и с размаху села на ступеньки. Но тем не менее завершила свою тираду. — А вот Ник Форс пообещал и женился на мне!
Скотт пришел в ярость, но сдержался. Откуда ей знать, что все эти годы он ни на минуту не переставал думать о ней? И как себя оправдать? Но сдаваться нельзя.
— Ух ты! — воскликнул он. — Значит, Ник женился на тебе, как и обещал? — Она кивнула. — И я приехал сделать то же самое. Я полон нежных слов любви, которые берег для тебя все пять лет.
— Скотт…
Но он не дал ей сказать.
— Вот смотри! Видишь конюшню? Знаешь, почему я сейчас такой грязный? Я купил у Неда эту развалюху. — Марджи от изумления открыла рот. — Да-да, милая! Купил конюшню. Сейчас, конечно, она выглядит далеко не первоклассно. Но через несколько дней… нет, несколько недель эта конюшня станет лучшей в округе. Если я только не умру от грязи и вони.
Марджи ничего не понимала.
— Зачем тебе все это?
— Для тебя! Для нас! И я не боюсь тяжелой работы. Я все сделаю для того, чтобы мы были счастливы.
— Скотт… я…
Он не слушал.
— Я начну свое дело с конюшни, в которой будут лошади напрокат. И когда мы поженимся, то построим настоящий дом для наших детей. Мы же мечтали об этом. Будем жить в городе или там, на твоей земле. Как захочешь. Вот увидишь, любимая. Все наши мечты сбудутся.
