Ни один мускул не дрогнул на лице мужчины. Он искал выход из ситуации. Рискнув ради этой женщины рассудком, душой, Грегори не мог лишиться всего из-за своей неловкости – он никогда не позволит ей погибнуть.

– Я соболезную тебе, – тихо произнес карпатец низким музыкальным шепотом.

У Саванны от неожиданности задрожали ресницы.

– Мне следовало появиться там раньше, чтобы спасти его, – добавил он мягко.

Она облизнула губы и вздохнула. Грегори выглядел непобедимым, безжалостным. Темная энергия сочилась сквозь каждую пору его тела, сексуальность покоряла. Абсолютное спокойствие противоречило чувственности и огню в бледных глазах.

– Я не настолько бесчувственен, чтобы давить на тебя, пока ты переживаешь горе. Расслабься, mа petite. Я жесток по отношению ко многим, но тебе никогда не причиню вреда. Ты в безопасности. Я хочу лишь успокоить тебя. – Карпатец почувствовал попытку девушки проникнуть в его мысли. Она хотела понять, правдивы ли его слова. Грегори редко позволял кому-то погружаться в сознание. Мысленное единение с Саванной было непривычным и болезненным, но доставляло огромное удовольствие.

Карпатка смогла прочесть в мыслях мужчины лишь потребность успокоить ее, сознание Грегори казалось зеркальной гладью озера. Девушка расслабилась. Почему она так на него реагирует? Грегори прав: прикосновения любого другого мужчины вызывали у нее отвращение. Ему же достаточно лишь находиться рядом, чтобы ее тело взывало к нему.

Мужчина подошел к светильнику, стоящему рядом с кроватью. Бледная, испуганная Саванна следила за ним, не отрываясь. Он бросил травы в хрустальный бокал. Умиротворяющий аромат заполнил комнату.

– Подойди ко мне, ma cherie

Девушка впервые огляделась. Мерцающие свечи освещали просторную комнату, обставленную антикварной мебелью. На огромной дубовой кровати лежали свежесрезанные розы. Комната в готическом стиле была прекрасной и пугающей одновременно. Карпатка закашлялась и в сомнении потерла лоб.