Эммелин застыла с выражением негодования на лице.

– Нет, тебе не нравится! Она моя - только моя!

Взяв Эммелин за руку, Саманта постаралась успокоить ее.

– Все в порядке, малышка. Я же говорила, что нравлюсь всем. - Она присела на небольшую тумбочку для игрушек и сказала, обращаясь к Вивьен: - И поэтому ваш папа не уволит меня.

Вивьен подошла поближе.

Эммелин крепче прижалась к Саманте.

– Кстати, я из Лондона и ничего не знаю о жизни в деревне.

– Правда? - спросила Агнес.

Саманта почти видела, как вращаются в ее головке маленькие колесики - девочка старалась побыстрее придумать новую пакость для гувернантки.

Но у Саманты были совсем другие планы.

– Зато я многое знаю о моде и нахожу надетые на вас платья поистине ужасными.

Агнес и Вивьен посмотрели друг на друга, потом на свои платья.

– У меня есть кое-что, чем их можно расшить, чтобы они стали красивее, - продолжала Саманта.

– О, правда? - воскликнула Вивьен. - Мне так надоело носить изо дня в день это старье!

– Может быть, ваш папа привезет нам какой-нибудь ткани для новых платьев. Для занятий рукоделием, разумеется, - она подмигнула Агнес.

Та отвела глаза.

Кайла подбежала к Саманте и спросила:

– А можно мне тоже новое платье?

Агнес нахмурилась и отвернулась.

Саманта понимала, что ее не перетянуть на свою сторону за один день.

– Ну конечно, малышка, - сказала она, похлопав Кайлу по щеке.

Дверь вдруг распахнулась, с силой ударившись о стену.

Изумленная Саманта поднялась, сжимая руки Эммелин и Генриетты.

В дверном проеме стоял мужчина. Высокий, крупный и… знакомый. Темные волосы, коротко подстриженные над ушами, выступающие скулы. Чуть выдающийся вперед квадратный подбородок. Нос, пожалуй, чуть длинноват…

Окинув взглядом комнату, мужчина остановил его по очереди на каждой девочке.

Все молча смотрели на него.