И снова на нее нахлынуло странное ощущение В мозгу вдруг вспыхнула картинка: он — над ней, вжимает ее в постель своим телом, чувственно улыбается, и его медленные жения вперед-назад, вперед-назад...

Поймав себя на этой мысли, Саншайн нервно облизнула губы. Боже правый, о чем она только думает!

Уже давным-давно ее не тянуло к незнакомцам Но в этом было нечто такое, что Саншайн умирала от желания испытать близость с ним...

Спокойнее, девочка! У тебя просто слишком давно не было мужчины!

Увы, что правда, то правда.

Нахмурившись, Саншайн склонилась над незнакомцем, чтобы рассмотреть ожерелье-торк

Странно, очень странно. Ведь именно такой дизайн она придумала сама много лет назад, еще в художественной школе. Даже пыталась воплотить его в металле, — но из этого ничего не вышло. Для работы по металлу нужен особый дар.

Но еще большее впечатление произвела на неё кельтская племенная татуировка, покрывающая всю левую сторону тела и левую руку незнакомца. Потрясающий лабиринт узоров, напомнивший ей Евангелие из Келлса

Не раздумывая, она положила руку ему на грудь, провела пальцами по причудливым завиткам узора.

На правой руке тоже была татуировка — узорчатая лента вокруг бицепса.

Невероятно! Кто бы ни делал эти татуировки — он прекрасно знал кельтскую историю.

Но тут ее палец задел сосок незнакомца — и восторг художницы перед прекрасным произведением искусства отступил перед совсем иным восторгом. Более чувственным, более земным.

Художница отошла в сторону — ее место заняла женщина. Теперь исключительно женский восхищенный взгляд скользил по рельефным мышцам груди и живота, таким тугим и совершенным по форме, что их владелец мог бы выступать на соревновании бодибилдеров...