— Ну и физиономия, — бросил Джигс. — А что это за тип с ним? Я его откуда-то знаю.

— Его племянник. Вы можете его знать — он жил в Чикаго. Случайно не попадал под следствие?

Американец покачал головой.

— Нет, сэр. На него я протоколов не составлял. Вспомнил! Это Теннер, Эд Теннер, бездельник и славный малый.

— Что это значит — он хороший или плохой?

— Это значит, он именно тот, кто на самом деле. Я часто спрашивал себя, откуда у него деньги. Его дядя миллионер, вот в чем дело!

— Дядя ему бы денег не дал, — заверил Терри.

Джигс покачал головой.

Мистер Декадон являлся в своем роде колоритной фигурой. Он был высокого роста, мощного сложения и для своего возраста удивительно хорошо сохранившимся. Этот прямой некрасивый рот, огромный нос, седые косматые брови знали владельцы всех лондонских ресторанов. Он никогда не оставлял официанту больше трех пенсов, и не было случая, чтобы он не затеял спор по поводу счета.

Сейчас его беспокоило другое. Забыв о стоящем перед ним скромном завтраке, он с ненавистью смотрел на племянника.

— Зарубите себе на носу, мистер Эдвин Теннер: деньги, которые у меня есть, я привык держать при себе. Мне наплевать на любой из ваших американских планов, как можно быстро заработать деньги. Поищите другого идиота.

— Да я и не собирался вас уговаривать, дядя Илайджа, — добродушно ответил Теннер. — Мне сказали об этом по большому секрету, и похоже, дело верное. А будете вы участвовать, не будете, мне все равно. Просто я подумал, что вы игрок.

— Я вовсе не тот игрок, то вы думаете, — огрызнулся Илайджа Декадон.

Двое мужчин, сидевших в другом конце зала, видели, как старик поднялся из-за стола и решительно направился к выходу. Они решили, что стали свидетелями ссоры.

— Интересно, что это родственнички не поделили? Нет, Декадона я не знаю — я знаю Эда. Это, поверьте мне, величайший психолог в Соединенных Штатах, и… Ба! Какие люди! Хозяин, собственной персоной!