Сейчас он снова пожалел об этом. Он жалел, что у него нет времени, чтобы проанализировать свое сильное влечение к мисс Дине Риддинг. И надеялся, что ему не придется ее пугать.

— В часовне есть несчастная, обманутая старая дева, — продолжил он. Полагаю, что в эту мрачную погоду и в это особенное время года, она предстает в своем лучшем, хотя, возможно, я должен сказать, в худшем, виде, и лучше всего различима. Посетим ее?

Они посетили старую деву. И ребенка в галерее, который, предположительно, бегал с одного конца в другой, гоняя обруч и вскрикивая от радости. Бедный крошка умер совсем маленьким от брюшного тифа. И старую леди в золотой спальне, которая, как клялись свидетели, порой раскачивала кресло-качалку, так как сидела в нем, вышивая покрывала на свадебные кровати своих внуков. 

Дина страха не проявляла. Она даже подошла к креслу-качалке и положила руку на его спинку.

— Мне кажется, что в старости она была очень одинока и, занимаясь своим вышиванием, находила в этом удовольствие и смысл своего существования. 

Когда она смотрела на кресло, он почти нежно улыбнулся ей. Ее нервы оказались значительно крепче, чем он предполагал. Или она настолько мало верила в призраков, что весь час, что они провели вместе, просто наслаждалась этими историями.

— Никогда больше не ходите в белую башню, — серьезно предупредил он.

Она вскинула на него глаза.

— В ней определенно имеется весьма зловещее присутствие. То самое, которое может причинить вред любому, имевшему несчастье оказаться там в неподходящее время. Вы должны пообещать мне, что больше туда ни ногой.

Он стоял в дверном проеме. Она подошла к нему и встала неподалеку и улыбнулась.

— Но никто до сих пор не пострадал? И я не думаю, что такое когда-нибудь случится. Все эти страсти имели место в другое время и сейчас принадлежат другому измерению. Они не могут причинить вреда живым.

Проклятье! Она действительно не боялась.