– Все кончено, – негромко произнес он, – я увезу тебя отсюда.

Но в глубине души ему было не по себе. В глубине души он сгорал от стыда – он нарушил обет, он не смог защитить ее.

– Нет!

Он тотчас застыл в растерянности и заглянул ей в глаза. Но она отвернулась от него.

– Прости меня, Бридге.

– Простить тебя? – Ее голос и взгляд были исполнены ненависти. – Не смей приближаться ко мне. Он так поступил со мной из-за тебя! Не смей приближаться ко мне, слышишь?

Ее слова стали для него тем самым ударом, который так и не сумел нанести ему Каэль. Ройс попытался перевести дух, но не смог. Он дал обет защищать Невинных, а вместо этого не сумел уберечь даже собственную жену.

И в этот момент он со всей ясностью понял, что их брак мертв.

– Ты можешь встать? – спросил он довольно резко. А ведь он, казалось бы, не имеет права позволять раздражению брать над собой верх.

– Не прикасайся ко мне! – крикнула Бридге в ответ со всей яростью.

Он встал и отступил назад, и в этот момент в зал шагнули его брат и Макнейл. Обуреваемый мрачными мыслями, он увидел, как Броган поднял Бридге на руки и вынес ее вон из зала. Он проводил их взглядом, и сердце его разрывалось от боли. Господи, какой он глупец! Он надеялся удержать жену и одновременно остаться верным обету! Впрочем, имеет ли право он в чем-то обвинять Бридге? В эти минуты Ройс ненавидел самого себя.

Макнейл с забрызганного кровью порога подозвал его к себе. На красивом лице гордо застыло суровое выражение.

– Ты ослушался меня, Руари. Я ведь запретил тебе преследовать Каэля в одиночку!

Желания вступать в препирательство с Макнейлом у Ройса не было.

– Я знаю.

С того места, где он стоял, ему была видна великая целительница, Эласед. Она пыталась привести в чувство женщину, которая совсем недолго была его женой. Больше такое не повторится, поклялся он самому себе.

Макнейл явно читал его мысли, потому что сказал следующее: