Они охотились на людей, и даже друг на друга, что выдавало в них истинных зверей. Никому нельзя было доверять. Никогда.

И, тем не менее, как иронично, что именно группа Катагарийцев владела этим баром и пропагандировала законы мира. В теории, здесь никому нельзя было причинить вред.

Ага, как же. Она не поверила ни на минуту в эту чушь. Возможно, они просто научились хорошенько прятать тела. Или же попросту съедали их.

Резко и чересчур критично, может быть, но шестое чувство подсказывало Анжелии, что им следует убраться отсюда до того, как они выполнят свое задание.

Это чувство усилилось, когда они миновали второй уровень, где на них с предупреждением осклабился медведь, оторвавшись от карт, в которые он играл с кучкой людей. Нахмурившись, девушка ожидала реакции от Дэйра, но он продолжил и дальше пробираться на нижний этаж. Она решила, что он, возможно, не заметил медвежьей реакции, хотя это было совсем не похоже на мужчину, который улавливал каждый всплеск враждебности вокруг него.

Неожиданно воздух разрезал оглушительный электрический визг, заставляя Анжелию вздрогнуть, потому, как это весьма ранило ее волчий слух. Она прикрыла рукой одно ухо и молилась, чтобы оно не кровоточило.

- Что это?

Дэйр указал на сцену, где группа Оборотней настраивала инструменты. Прежде чем они начали играть, раздался гитарный проигрыш, и толпа громко поприветствовала артистов.

Анжелия скривилась от всего этого зрелища и звуков, производимых ими.

- Что за ужасная музыка. - Проворчала девушка, отчаянно желая оказаться дома, а не посреди этого притона.

Когда они были уже внизу, Дэйр едва успел ступить пару шагов, как его окружили пятеро самых свирепых на вид медведей, по крайней мере, из тех, с кем девушке довелось встречаться. Самый старший, который, по-видимому, являлся их отцом, потому как более молодые особи, как две капли воды походили на него, был два метра ростом. Он так взглянул на Дэйра, словно собирался его разорвать на части.