То, каким они помнили Рони, зависело лишь от их восприятия мира и самих себя в нем, тогда давно, когда все это случилось с нами. Но кто же любит болезненные воспоминания? Зеркала памяти наглухо повернуты к стене забвения. Так легче всем, кроме меня.

Я и Рони запечатлелись в местной истории живо и трагично. Много ли событий в маленьком городке штата Джорджия, спрятанном в горных отрогах? Память о каждом из них бережно хранится местными жителями, как фарфор своих прабабушек. Юг вообще силен традициями и воспоминаниями.

Фарфор моей прабабушки тщательно упакован в корзину и лежит на антресолях родительского дома до лучших времен. Мама все еще лелеяла хрупкую надежду, что ее единственная дочь чудом превратится в женщину, которая сервирует стол фарфором, а не пластмассой.

Могло быть и так, а стало иначе. Встреча с Роаном Салливаном, отверженным нашего городка, изменила мою жизнь, его жизнь, жизнь моей семьи. Все, что произошло с нами, уничтожило покровы приличий и ложной добродетели, и мы предстали такими, как есть, без прикрас. Правда слепила глаза, и многие отвернулись.

Я пыталась спасти Роана всеми силами своей полудетской души. Кончилось тем, что он спас меня в самом прямом смысле слова, безо всяких оговорок.

Я ничего не знала о нем, я не знала даже, жив ли он но все, что ни отмерит жизнь, я пройду и буду ждать его всегда.

Несбывшееся не покидает меня. Нет ничего горше, чем поманившее тебя счастье, которое недостижимо как линия горизонта.

ЧАСТЬ I

Глава 1

Все началось на карнавале в День святого Патрика. Это был тот самый год, когда в мир ворвались “Битлз”, в Кенте полиция убила четырех студентов, а Джозеф посылал из Вьетнама письма Брэди, заканчивавшему последний класс: “Не вздумай…”

Джозеф и Брэди – мои братья. И вообще, дай вам бог не запутаться в моей многочисленной родне, проживающей в нашем городке и участвующей в нашем карнавале.