— Вы были чрезвычайно добры, — сказала я, — Нам надо идти. Остается только поблагодарить вас за то радушие, которое вы оказали незнакомцам.

Я видела, что Стирлингу это не понравилось. Ему явно хотелось остаться.

Минта улыбнулась Люси, которая немедленно поднялась, чтобы проводить нас к воротам.

— Извините, что помешали вашему чаепитию, — сказала я.

— Это развлекло нас, — ответила Люси в присущей ей манере, которая приводила меня в замешательство. Она держалась отчужденно и казалась очень уязвимой, возможно, потому что чувствовала себя неловко в положении бедной родственницы.

— Мисс Минта очаровательна, — сказала я.

— Я подтверждаю это, — добавил Стирлинг.

— Она — восхитительный человек, — согласилась Люси.

— И я очень признательна вам, что вы перевязали мне руку, мисс…

— Мэриэн, — дополнила она. — Люси Мэриэн. Стирлинг, который, как я поняла, ни в грош не ставил хорошие манеры, спросил в упор:

— А вы не в родстве с Кэрдью?

Она заколебалась, но потом все-таки ответила:

— Я компаньонка леди Кэрдью. Наконец, мы подошли к воротам.

— Надеюсь, — сказала она холодно, — ваша рука быстро заживет. До свидания, — и решительно захлопнула за нами ворота.

Некоторое время мы шли молча.

— Странный дом, — сказала я.

— Странный? Почему?

— И мать, и дочь, и компаньонка — вроде бы самые обычные люди. Но мне кажется, здесь что-то не так. Мать такая тихая, как будто все время дремлет.

— Должно быть, она инвалид. Я искоса взглянула на Стирлинга. Он тоже был явно чем-то смущен.

— Знаете, когда я шагнула в эти ворота, то решила, что попала в совершенно особый мир. Там словно происходит какая-то ужасная драма, и оттого, что внешне все выглядит так спокойно, она кажется еще более зловещей.

Стирлинг рассмеялся. Он начисто был лишен фантазии. Бесполезно объяснять ему мои чувства. Впервые после того, как я узнала о смерти отца, меня взволновало что-то другое. Хотя я и сама не могла понять, что именно.