– А вот и Робин!

Выпустив руку мужа, Пиппа шагнула к сводному брату, стоявшему у стены, слегка в стороне от остальных. Но Стюарт стиснул ее запястье и поспешно прошипел:

– Пиппа, ее величество еще не поздоровалась с тобой. Ты не можешь приветствовать первым кого-то другого!

Он был прав, и Пиппа со вздохом подчинилась. Они, казалось, целую вечность простояли незамеченными, прежде чем гофмейстер приблизился и дал знать, что ее величество примет их.

Мария улыбнулась лорду Нилсону и окинула его жену хмурым взором.

– Надеюсь, вы в добром здравии, леди Нилсон? – холодно осведомилась она.

– Да, и благодарю ваше величество за заботу. Пиппа, присев в глубоком реверансе, так и не поднялась, оставаясь со склоненной головой.

– Можете встать.

Пиппа поднялась в шорохе юбок, грациозно раскинувшихся вокруг нее. Похоже, Мария разглядывает ее пристальнее обычного.

– Вы в последнее время переписываетесь с леди Елизаветой?

– Ваше величество не дозволяет этого, – ответила Пиппа, искусно изображая недоумение.

Мария искоса глянула на Ренара, слегка подняв бровь.

– Нет, – категорично заявила она. – И никогда не позволю.

Пиппа снова присела и почтительно попятилась. Муж, однако, не последовал за ней: Мария повелительно подняла палец, давая знак задержаться.

– Вы примете сегодня участие в турнире, лорд Нилсон. Королю не терпится испытать свое искусство против столь прославленного противника.

– Для меня огромная честь скрестить трости с его величеством, мадам.

Мария кивнула и, чуть поколебавшись, добавила:

– Вы, надеюсь, позаботитесь, чтобы соперники его величества хорошо понимали все сложности и умение, требуемые в испанских турнирах.

«Еще бы не сложности! Кто первый палку сломает», – подумал Стюарт, но галантно заверил королеву, что ни тени английского презрения не омрачит удовольствие испанцев.