Так он вел себя только с покупателями, и Суини охватило беспокойство, граничащее с тревогой. Какой бы магической силой ни обладал алый свитер, ей совсем ни к чему мужское внимание. Мужчины сулят ей только неприятности — с огромной, жирной, подчеркнутой и написанной курсивом буквы «Н». У нее нет времени на мужчин, особенно таких лощеных двадцатичетырехлетних кукольных мальчиков, как Кай. Суини была старше на семь лет и успела уяснить кое-что, касавшееся ее характера — например, то, что она относится к числу тех, кому показано одиночество.

Однако предложение выпить чаю вполне заслуживало внимания.

— «Эрл грей»с кусочком бурого сахара. — Кандра придерживалась европейского обычая предлагать гостям к чаю бурый и рафинированный сахар. Суини находила такой подход в высшей степени цивилизованным.

— Я сейчас! — Вновь бросив ей ослепительную улыбку, Кай исчез в крохотной каморке, где хранились чайные принадлежности.

Суини осмотрелась, ища взглядом Кандру. Если ожидается приезд Мак-Милланов, Кандра, вероятно, уже здесь. Невероятно пунктуальная, она всегда заранее появлялась в салоне, чтобы лично приветствовать клиентов, которым назначила встречу.

Оттуда, где сейчас стояла Суини, она видела почти весь салон. Помещение было двухэтажное, по обе его стороны лентами взвивались кверху две роскошные лестницы, однако пространство, по большей части открытое, хорошо освещалось. Но Кандры нигде не было.

Вернулся Кай, неся ароматно дымящуюся чашечку из полупрозрачного китайского фарфора.

— Кандра уже здесь? — Суини взяла чашку и с невольным наслаждением вдохнула пар.

— Она заперлась в своем кабинете с Ричардом. — Кай оглянулся через плечо на закрытую дверь. — Насколько я понимаю, поиск мирных соглашений проходит не так уж мирно.

Суини нахмурилась, глядя в чашку и стараясь уразуметь смысл этого малопонятного утверждения.

— Какие соглашения? О чем вы?

Кай растерянно моргнул.

— О разводе, о чем же еще?