– Пока, – в голосе Джулии звучала уверенность. – Лион может править везде, где угодно. Такие мужчины, как он, – редкость.

Каприно пристально взглянул на нее:

– Святая мадонна, что я слышу?! Ты увлечена? Будь осторожней – в любовной войне нельзя выпускать оружия. Проститутка не имеет права увлекаться, она должна увлекать.

– Он увлечен мною, – ответила она живо. – Два года он приезжает и останавливается только в моем доме. И никогда он не просит никакой другой женщины, только меня. – Встретив удивленный взгляд Каприно, она попыталась пожать плечами с безразличным видом:

– Дело не в этом…

– Я думаю, что это имеет значение для тебя. – Он изучающе посмотрел на нее. – И я пытаюсь понять, почему? У тебя неповторимый вкус. А этот человек кажется мне отвратительным.

– Не тебе судить! Ты слишком увлекаешься хорошенькими мальчиками, чтобы оценить привлекательность настоящего мужчины, такого, как Лион.

Он заложил кошелек за пояс и насмешливо ответил:

– Он слишком груб, на мой изысканный вкус. Солдаты всегда так неотесаны. Но вот тебе еще пять дукатов, если ты сумеешь выведать, зачем нашему храброму кондотьеру понадобились услуга вора.

Взгляд Джулии вернулся к двери наверху.

– Я попытаюсь разузнать что-нибудь. Но он не из тех людей, которые распускают язык с женщинами.

– Даже с прекрасной Джулией? – Он помолчал. – Семь дукатов. – И, открыв дверь, вышел на улицу.

«Это был хороший вечер и хорошие сделки, – подумал он удовлетворенно. – Если прикинуть как следует, то на этом деле можно заработать еще кучу монет».

Каприно повернул за угол и вместо того, чтобы двигаться к собственному дому на площади, направился к Виа Калимала, к печатной лавке Джованни Баллано.

– Ты слишком быстро заплатил ему, – сказал Вазаро, как только закрылась дверь за спиной Каприно. – Я мог бы убедить его взять поменьше.