Самое интересное, что эта новая, реальная сторона окружающего ее мира – промышленное предприятие, производство, экспортные поставки, экономические расклады, аудиторские проверки и прочее – неожиданно по-настоящему, всерьез увлекла Эллочку. Эллочке стало вдруг интересно вникать в детали производства, в экономику, читать журнал «Бумагоделательное производство» и смотреть политические ток-шоу. «На чем же держится российская экономика? Реален ли на данный момент двойной прирост ВВП? Как работают предприятия? В чем их проблемы?» – такими непривычными для самой Эллочки вопросами вдруг оказалась занята ее голова. Эллочку распирало изнутри. Когда она шагала по территории завода между громадных железобетонных конструкций, среди высоченных кранов, трейлеров, вывозящих пугающих размеров детали, чего-то еще более огромного и монументального, сердце Эллочки трепетало. Она, наша девочка, родилась и выросла в Советском Союзе с гигантскими производствами и свинарниками на десятки тысяч голов, в стране, где каждый человек среди всего этого имел полное право проходить как хозяин. Страна уже давно была не та, а Эллочка со своей нищенской – по меркам развитых стран – зарплатой шагала себе среди корпусов предприятия как хозяйка и радовалась непонятно чему.

– Ну почему, почему вы не ведете активной работы по поиску новых заказчиков? Почему вы работаете только с теми, кто заказывал у вас еще в советские времена? – вопрошала Эллочка главного «бумажника» Кузнецова, который по совместительству был и директором по маркетингу в своем, бумагоделательном, производстве. Равно как и Мальков – в своем нефтехимическом.

– Потому что в нашей стране за последние десять-пятнадцать лет предприятия только разваливаются и разворовываются, а не создаются. Поверьте, Элла Геннадьевна, если бы нам удалось сохранить хотя бы прежний круг заказчиков, мы бы жили сейчас припеваючи. Но бумагоделательные предприятия – наши заказчики, – попав в собственность самих рабочих, сейчас уже прибраны к рукам.