— С тех пор, как ты в последний раз почтил нас своим присутствием, в доме многое изменилось.

— Но ты все такая же.

Девон не чувствовала себя польщенной и потому никак не отреагировала на эту реплику.

— Я взяла его из приюта для бездомных кошек, он или сбежал, или потерялся, а прежние хозяева не стали его разыскивать.

— Ты все такая же сентиментальная!

— Кто бы говорил! Помнится, ты устроил для своего первого пони самый настоящий санаторий, только лошадиный!

Паркер смутился.

— Никакого санатория, я просто создал для него более-менее приличные условия.

Девон убрала упавшую на глаза прядь волос и посмотрела на Паркера.

— Пират нравится Джонни.

По тону Девон Паркер понял, что для нее это служит самой лучшей рекомендацией.

Девон всмотрелась в его красивое лицо. Ей показалось, что Паркер сегодня выглядит как-то необычно, возможно, дело в выражении его лица, но она не могла понять, что именно в нем изменилось. Размышляя вслух, она спросила:

— Ты часом не выпил?

Паркер издал короткий резкий смешок.

— Пока нет. Но ты подала мне мысль. — Он подошел к открытой полке, на которой стояли запыленные бутылки, и прочел этикетку. — Домашнее ежевичное вино? Как раз то, что нужно. — Он властным жестом протянул руку. — Штопор.

Бабушкино ежевичное вино! Теперь Девон точно знала: что-то неладно. При других обстоятельствах она, возможно, смогла бы вытянуть из Паркера правду, но сейчас ей было почти безразлично, что его гложет. Ей хотелось только, чтобы Паркер ушел и оставил ее одну, чтобы она могла подумать... хотя до сих пор ее размышления ни к чему не привели.

— Неужели ты готов снизойти до домашнего вина? — насмешливо спросила она.

— Только если ты составишь мне компанию.

— Заманчивое предложение, но сейчас три часа утра.