Однако в течение последних нескольких лет, исходив эти живописные горы вдоль и поперек, он имел возможность отвести душу разве что с собственной тенью, которая двигалась перед ним, направляемая восходящим за спиной солнцем.

— Так ты считаешь, что Молчаливый Джон умер? — спросил Бич.

Мэрфи пожал плечами, искоса взглянул на Бича и счел благоразумным дать некоторые пояснения.

— Его не видели с того момента, как открылся перевал, — сказал лавочник. — Через несколько дней после этого повалил снег и началась страшная пурга. Перевал закрыт уже несколько недель.

— Где в последний раз видели Молчаливого Джона?

— Он направлялся к участку на Аваланш-Крике на своем любимом муле.

— Стало быть, Молчаливого Джона не видели шесть недель?

— Примерно так, мистер.

— Это необычно?

Мэрфи хмыкнул:

— От этого старого змея не знаешь чего ожидать. Очень рисковый и отчаянный… Может появиться там, где его меньше всего ждешь. Крутой человек, этот Молчаливый Джон… Отчаянный человек…

— Как и все охотники, истребляющие вредных животных, — сухо сказал Бич. — А раньше он пропадал на шесть недель или дольше?

Покосившись на Бича, Мэрфи почесал лохматую бороду, украшавшую его подбородок.

— Точно не скажу. Может, один раз… В шестьдесят шестом году, — добавил Мэрфи. — И еще в шестьдесят первом, когда он привез девчонку с Востока.

— Семь лет назад, — задумчиво проговорил Бич. — Когда шла война…

— Да… Тогда много людей приходило на Запад.

«Очевидно, Шеннон стала женой этого сурового „старого змея“ семь лет назад», — подумал Бич. Он был в Австралии во время войны между штатами, но знал, каково приходилось людям, метавшимся между Севером и Югом. Его сестра Виллоу выжила только чудом.

«Могло случиться так, что и Вилли была бы вынуждена продаться какому-нибудь старику, чтобы выжить, — сказал себе Бич. — Но Вилли повезло. Она выжила и осталась незамужней до того момента, пока не встретила человека, которого полюбила. Калеб — человек что надо и чертовски порядочный».