истинные чувства. Эбигейл не знала, что и

думать, пока не увидела показавшуюся из-за спины секретарши волнистую русую

шевелюру нахала.

- Мистер Уэстон, - строго сказала она, - прекратите приставать к Мейвис, или

мне придется вызвать охрану.

Руки замерли и спустя мгновение трусливо уползли назад.

Мейвис поправила блузку и отступила в сторону, явив взору Эбигейл стоявшего с

абсолютно невинным видом Джеффа

Уэстопа. Высокий, угловатый глава Фонда Уэстона был лучшим другом Макса со

студенческих лет и его самым яростным

соперником во всем, начиная с крупнейших финансовых операций и кончая

повседневными житейскими делами. Эбигейл

доводилось видеть, как эти двое заключали пари, сядет ли муха на окно в кабинете

Макса.

- С тебя сто долларов, если муха сядет на стекло, пока ты считаешь до десяти,

- сказал Джефф.

- А с тебя двести, если не сядет. - Макс начал считать и выиграл.

Он всегда выигрывал, зато Джефф всегда был заводилой.

- Я просто хотел поздороваться с вами, дамы, - попытался оправдаться Джефф. -

К чему весь этот шум?

- В следующий раз здоровайтесь с моим лицом! - фыркнула Мейвис, едва

сдерживая смех.

- В следующий раз, когда я встречу вас в комнате для совещаний, мы запремся

там и вы сможете поздороваться с моей...

- Мистер Уэстон! - предупреждающе воскликнула Эбигейл; нужно же было кому-то

поставить любвеобильного

субъекта на место, и совершенно очевидно, что Мейвис этим кем-то не была. - Если

вы будете прилично себя вести, я, так и

быть, доложу мистеру Галлахеру, что вы здесь.

Джефф расплылся в озорной улыбке и достал из внутреннего кармана пиджака

сводку фондового рынка.

- Скажите ему, пришел гений, который только что оставил его без штанов,

выиграв пари по сегодняшним торгам.

Эбигейл сняла трубку и сделала знак Мейвис. Та сгребла со стола свою огромную