От охватившей ее паники у Мэдди потемнело в глазах. Она не переживет, если у нее отберут дочь и отдадут в руки повесе, которого трудно заподозрить в любви к малышке, который заставил Мэдди выбирать между долговой тюрьмой и браком.

Мэдди покосилась на тетушку и поймала ее исполненный недвусмысленного озорства взгляд. В душе шевельнулось недоброе предчувствие.

– Он не может знать про Эми, – решительно заявила Мэдди. – И никогда не узнает. Мы с Колином на шесть недель вперед переписали дату ее рождения, чтобы не было скандалов.

– Есть одна индусская пословица, – заговорила молчавшая все это время Вима. – Все, чего мы желаем, но не имеем, мы обретаем, когда входим в сердце свое; ибо только там пребывают все истинные желания, пусть и прикрытые ложью.

Мэдди с недоумением уставилась на Виму, но очень скоро поняла, что та имела в виду.

– Вы считаете, что я тайно влюблена в этого человека, но убедила себя в обратном?.

– Если это не так, почему, моя милая, ты никогда не проявляла интереса к другим мужчинам, в том числе и к собственному мужу? – возразила Эдит.

– Потому что первого брака мне хватило с лихвой. – Лицо Эдит приняло такое недоверчивое выражение, что Мэдди не знала, куда деть глаза. – Ну хватит, ты еще слишком молода, чтобы ставить на себе крест. Согласись, ты всегда проявляла интерес к мистеру Тейлору.

Все еще мучаясь головной болью, Мэдди поднялась из-за стола.

– Вы обе просто сошли с ума. На самом деле двинулись рассудком. Это оттого, что вы пьете слишком много индийского чая, я в этом уверена. – Молодая женщина скрестила руки на груди. – Если бы я захотела выйти замуж, ни за что не остановила бы свой взор на Броке Тейлоре.

– Вполне возможно, – кивнула Эдит, окинув Мэдди проницательным взглядом. – За мою долгую жизнь, милочка, я поняла, что чем больше женщина возражает против чего-то, тем сильнее она этого желает.