— Полагаю, ты встречал его раз или два на чаепитиях с преподавателями факультета, — надменно произнесла Летти. — Он фигурирует в отчете детектива как «одно из моих редких, незначительных отношений с представителями противоположного пола». Думаю, именно так это было сформулировано. Такой вот деликатный способ сказать, что у меня скучная личная жизнь.

— Прекрати называть свою жизнь скучной, — возмутился Ксавьер.

— Любая жизнь, способная уместиться на одной странице, скучная. И раз уж мы об этом заговорили, я бы хотела, пользуясь случаем, отметить, что моя скучная интимная жизнь с твоим появлением не стала интереснее.

Ксавьеру понадобилось несколько секунд, чтобы до него дошла суть обвинения, брошенного ему в лицо Летти. У него отвисла челюсть. А затем скрипнули зубы.

— Погоди минутку. Ты говоришь, что злишься, потому что я не затащил тебя в постель?

— Не злюсь, просто мне скучно.

В этот момент Ксавьер вышел из себя. Он устремился к Летти.

— Знаете что, леди? Вы обладаете дьявольским нахальством!

— Не трогай меня. — Летти поспешно отступила назад, но было уже поздно. Пальцы Ксавьера обхватили ее плечи, и он поднял ее на уровень своей груди. Ее широко распахнутые, испуганные глаза были всего лишь в нескольких дюймах от его разъяренного взгляда.

— Тебе было скучно, да? — произнес он сквозь зубы. — И это после всего, через что я прошел, пытаясь вести себя, как джентльмен? После всех тех ночей, когда я возвращался в номер мотеля один и стоял под холодным душем? И ты имеешь наглость говорить мне, что тебе было скучно?

Летти прикусила губу.

— Ну, может, скучно это не совсем подходящее слово.

— Да, это определенно не то слово.

Летти взяла себя в руки. В ее глазах снова зажегся вызов.

— Можно попробовать слово «расстроена». Или смущена. Или обеспокоена.