Рено мысленно прикинул: с одной стороны — это кольцо; с другой — девушка со столь многозначительным именем и неправдоподобно невинными золотыми глазами.

Сомнения Рено высказал вслух Рейли.

— Ага, — обратился Рейли к Еве, — ты, стало быть, полагаешь, что стоишь столько, сколько кольцо, жемчуг или карта сокровищ? Тогда ты, должно быть, обучена всяким хитрым штучкам!

Улыбочка, которую он адресовал Еве, была откровенно оскорбительной.

— Пусть маленькая леди делает, что ей хочется, — произнес Слеитер холодно. — Так или иначе, она выплатит все сполна. По денверским меркам через месяц она окупится.

Ева с трудом скрыла дрожь при мысли о том, что она окажется во власти такого человека, как Джерико Слеитер, в течение одной ночи, не то что месяца.

Она мысленно внушала себе, что не должна беспокоиться по атому поводу. Ей не придется расплачиваться собой, поскольку у нее нет намерения проигрывать.

Мысль о том, что когда-то можно и передернуть карту, не казалась ей чудовищной. Ведь в этом есть своего рода справедливость — обмануть Слейтера и его банду. Все ценности, лежащие на столе, украдены у дона и донны Лайэн Рейли Кингом несколько дней назад. И если надо жульничать, чтобы все вернуть, она пойдет на это.

Ева сожалела лишь о том, что не сможет более сурово отплатить тому, кто ограбил и убил стариков.

С напускным равнодушием она продолжала тасовать колоду, ожидая, когда третий человек согласится с неожиданной ставкой. Не дождавшись его решения, Ева осторожно взглянула на мужчину из-под густых ресниц.

Зеленоглазый незнакомец занял место за столом час назад, как раз перед тем, когда Ева начала сдавать карты на первую партию. Бросив на него единственный взгляд, Ева сделала два вывода: она никогда не встречала более привлекательного мужчину; она никогда не встречала мужчину более опасного.