«Любовь, страсть, желание, гнев, ненависть… Какие сильные чувства, обжигающие, словно кроваво-красные языки пламени, неумолимые, как не знающая жалости смерть.

Эмоции… Им лучше не поддаваться.

Любовь, страсть, желание, гнев, ненависть порождают насилие.

Они обступают меня со всех сторон, кружатся в стремительном хороводе, все ускоряя свой бег. Я не могу справиться с ними.

Любовь, страсть, желание, гнев, ненависть… Эти слова вспыхивают в моей голове всякий раз, когда мой нож вонзается в ее тело.

Ненависть, гнев, желание, страсть, любовь… Их разделяет только тонкая красная линия».

Ее тело лежало на полу. Тонкие руки раскинуты в стороны ладонями вверх. Смерть. Холодная, жестокая, странно близкая. В серебристом свете луны застывшие ручейки крови казались черными. Мольба о пощаде застыла на ее губах под леденящим дуновением смерти.

Жертвой убийцы стала Памела Бишон, тридцати семи лет, разведенная, мать девятилетней девочки. Ее обнаженное, выпотрошенное тело найми в пустом доме в Пони-Байу. Преступник прибил ее ладони гвоздями к полу, а ничего не видящие глаза Памелы смотрели сквозь прорези украшенной перьями карнавальной маски.

Все в зале встали при появлении судьи, достопочтенного Франклина Монохана. Он олицетворял собой правосудие. И ему было дано право решать.

Слева от прохода расположился Ричард Кадроу – защитник обвиняемого. Высокого роста, седой, сутулый, словно жажда правосудия сожгла все излишки плоти и принялась за мускулы. Но пристальный взгляд и сильный голос опровергали его кажущуюся уязвимость.