Предлагать ему что-либо у нее не поворачивался язык, но иного выхода не было.
– У меня есть сухие дубовые поленья, они лучше горят, – процедила она сквозь зубы. – В плавнике мало фосфора, и ваш камин не будет смотреться.
– У меня нет камина.
– Особого тепла вы тоже не дождетесь, – буркнула она. Велико было искушение выхватить добычу у него из рук и дать стрекача, но, судя по его атлетическому сложению, далеко она бы не убежала.
Слегка наклонив голову, он с минуту пристально изучал ее, словно пытаясь понять, какое ей дело, замерзнет он до смерти или нет. До него ей действительно никакого дела не было, но она смирила гордыню и уже готова была объяснить, зачем ей понадобилось менять свои драгоценные поленья на жалкие куски сырого плавника.
– Спасибо, не надо, – отрезал он и, прежде чем она успела возразить, двинулся с места, оттолкнув ее на узкой полоске прибрежного песка, и зашагал по направлению к Перешейку.
Глава 2
Сэм свалил плавник на задней веранде домика и разбросал ногой, чтоб поскорее просох. Метнув хмурый взгляд на подозрительные облака, которые начали скапливаться на западе, он потопал ногами, чтобы отряхнуть песок с сапог, и направился на неприветливую кухню. Вот вернется – и на месте убьет так называемого друга, который присоветовал ему «уютное местечко вдали от оживленной трассы». В августе здесь, может быть, и чудесно, но в декабре просто невыносимо. Небось из всех щелей дует. На дворе теплее, чем в этом чертовом доме.
А теперь еще и это! Он же намеренно избегал всех более или менее населенных мест, ему хотелось побыть несколько недель наедине с собой. Но, похоже, ему и этой малости не видать.
Если уж суждено терпеть соседство, то почему не с каким-нибудь старикашкой, который пропадал бы где-нибудь целыми днями и возникал бы только к ночи, когда Сэм уже спит? Или если вообще желать соседства, то почему бы не с привлекательной умной женщиной, которая возникала бы в его постели, когда ему нужно, и потом исчезала? По крайней мере хоть какая-то польза. Рано или поздно, но жизнь вошла бы в свою колею.