Девушка не могла не заметить, как реагируют на гостей слуги. В тот вечер на кухне помогали Эдна и еще одна горничная. Предлагая Иену кусочки ароматной оленины на деревянном блюде, Эдна буквально дрожала. Мак-Грегор принял исходящее терпким паром мясо и что-то буркнул служанке, и Сабрина почувствовала, какое та испытала облегчение — только что не сказала «ух», когда от гостя направилась к хозяину дома.

Сама Сабрина попыталась взять себя в руки и повернулась к Аласдэру:

— Вы первый раз на равнине?

— Первый, но, клянусь, не последний! — В карих глазах засверкали озорные искорки. Родственная душа, радуясь, подумала Сабрина.

— Вы из клана Мак-Грегоров?

— Родственник Иену по крови.

— Да? — удивилась Сабрина. Она считала, что у Иена не осталось родных.

— Наши отцы были братьями.

Если бы не Аласдэр, трапеза показалась бы Сабрине бесконечной. Но вскоре девушка отошла — напряжение спало: ее сосед оказался милейшим человеком.

Когда ей наполняли бокал, она услышала, как отец обратился к Иену:

— Поговаривают, после смерти отца в вашем клане начались трения.

Сабрина перевела на Мак-Грегора взгляд и была поражена, как молниеносно изменилось выражение его лица. Без следа растаяли следы учтивости. Перед ней сидел мрачный суровый человек. Она ощущала в нем неожиданную твердость… Хотя, может быть, всегда знала об этой черте его характера. Еще после той злой шутки, которую он сыграл с ней в детстве. Не только заставил поцеловать Роберта… Это еще полбеды. Но рассказал обо всем папе.

Голос Иена стал холоднее льда:

— Так оно и есть. Но что конкретно вы слышали?

Дункан запнулся. Сабрина опустила голову, так что подбородок чуть не уперся ей в грудь. Она впервые видела человека, которому удалось смутить их отца. Но у нее появилось странное чувство, что Иен добивался именно этого.

— Только то, что дела обстоят не совсем так, как прежде… — Дункан поколебался и наконец развел руками.