– Это не я, Саш… Нет, вообще-то все так и было, конечно… Но я не виновата, оно само вышло!

– Да ладно, чего уж теперь прошлое ворошить… Назад не воротишь.

– А когда ты приедешь, Саш? Я ж тут одна совсем…

– Не знаю. Не могу сказать. Ладно, давай, пока. Я и без того на разговоры с тобой бешеные деньги трачу…

Деньги, деньги, всюду эти проклятые деньги! На жизнь не хватает, на еду толковую не хватает, ни на что не хватает… Может, у Верки подзанять, раз она так искренне о ней переживает? Вон и Сашу обругала, сволочью назвала…

– Вер, ты мне взаймы не дашь немного? – резко обернулась она к подруге. – Я отдам… Честное слово. Сверхурочные возьму и отдам…

– Да ты что, Лесь, рехнулась, что ли? – обиженно подняла на нее глаза Верка. – Ты же знаешь мою ситуацию… Мой же мне ни копейки в руки не дает! На работу не гонит, но и денег не дает… А сейчас, когда всех этим дурацким кризисом пугают, так вообще зверь зверем стал! Видишь, в одной шубе второй год уже хожу?

– Ну да. Вижу, – грустно усмехнулась Леся. – И сочувствую. Очень большое горе – вторую зиму одну и ту же шубу носить…

– А ты не смейся, Леська. Для меня и правда горе. И в Новый год мы нынче никуда не поедем, будем дома сидеть. Эх, что за жизнь пошла? Ты знаешь, мне кажется, что этот кризис жадные мужики сами себе придумали, чтобы от жен отмахиваться. Нашли отмазу. А на самом деле никакого такого кризиса и нету…

– Есть, Верка. Есть. У нас на работе слушок прошел, что большие сокращения грядут. Боюсь, в одночасье работу потеряю. Тогда вообще труба мне будет.

– Слушай… Так ты у этой… У бывшей своей свекровки денег попроси! Она ж вроде с тобой отношения поддерживает?

– Ну да, поддерживает… Тайком от мужа и сына. Потому и денег мне дать не сможет. Откуда у нее? Она и так мне помогает. Ильке вон на зиму теплую куртку и ботинки приволокла, телефон сотовый… Правда, не новое все. Уж не знаю, где она это берет. А спрашивать неудобно. Может, знакомые какие отдают. Все вещи дорогие, приличные. Хорошая женщина Татьяна Сергеевна, душевная.