Стоило Элли Хеллер появиться на улице, как ее мгновенно узнавали, и она охотно принималась раздавать детворе автографы на каких-то клочках бумаги и раздаривать бумажные веера с названием своей книжки, всегда хранившиеся у нее в сумочке. Один раз в год она приезжала на родину, в Соединенные Штаты, для проведения своеобразного фестиваля, ставшего одним из самых популярных ежегодных событий, действующими лицами в котором были ребятишки, наряженные в разных птиц. Девяти-, десятилетняя малышня в костюмах попугаев, утят и воронят выстраивалась в очередь, чтобы получить экземпляр книжки с подписью автора. Иногда в этих поездках Мадлен сопровождала сестру, с трудом заставляя себя поверить в то, что весь этот шум поднят вокруг слегка переиначенной глупейшей детской сказочки, которую когда-то рассказывала им мать. Строго говоря, эта история принадлежала им обеим, хотя лично она, Мадлен, и не собиралась извлекать из нее выгоду.

Так что же рассказывала Люси Хеллер своим дочкам, когда они втроем отправлялись гулять вдоль болот, вблизи которых стоял их дом?

Однажды в Нью-Йорке мать самой Люси, в ту пору еще ребенка, сняла туфли и босиком прошла через весь пруд Центрального парка, чтобы побеседовать с обитавшей там голубой цаплей. Ей не было дела до того, что подумают люди, она просто хотела дать поручение огромной птице — присматривать за ее маленькой дочкой, и с тех пор та никогда не оставляла Люси.

— Разве может цапля защитить человека? — шепотом спросила однажды Мэдди у своей сестры.

Хоть ей и было тогда всего восемь, но эта история совсем не казалась заслуживающей доверия.

— Но она может жить двумя жизнями, совсем разными, — не задумываясь, ответила Элли. — Есть жизнь цапли на небесах и есть ее земная жизнь здесь, у нас.

— Хорошо, что эта птица может помогать нам обеим, — вслух подумала младшая.

— Не говори глупостей. — Старшую сестру всегда отличала уверенность в себе и решительность. — Голубая цапля может по-настоящему любить только одно существо на свете.