Трэвис, младший из братьев Клейборн, всерьез намеревался убить Дэниела Райана.

Он только что вернулся домой с Юга, решив отдохнуть и переночевать, прежде чем продолжить преследование своей жертвы, которой все время удавалось опережать его хоть на шаг. Возле одного из узких ущелий Трэвису на какой-то момент показалось, что он наконец загнал Райана в ловушку, но этот неуловимый дьявол внезапно исчез, словно растворился в воздухе. Трэвис неохотно признался себе, что не прочь снять шляпу перед ловкачом Дэниелом, который, спасая свою жизнь, проявлял необычайную изобретательность, поистине заслуживающую восхищения.

Ну а потом можно и застрелить преступника, уложить его на месте, тут же кровожадно подумал Трэвис: по его мнению, грех, содеянный Райаном, был непростителен. Только негодяи и подонок мог воспользоваться доверчивостью доброй, ласковой старой женщины с золотым сердцем… короче говоря, Роуз, матери Трэвиса. Все в душе младшего Клейборна взывало к возмездию. Да в этого Райана мало пулю всадить, его надо стереть с лица земли! Трэвис непрестанно твердил себе, что, отомстив обидчику, поступит справедливо — ведь это его святой сыновний долг.

Дождавшись, пока мать поднимется к себе в спальню, он вышел на веранду, чтобы обсудить задуманную месть с братьями. Все четверо Клейборнов уселись рядом, положили ноги на перила, запрокинули головы и закрыли глаза. У братьев был умиротворенный вид людей, чрезвычайно довольных жизнью. Их зять Харрисон, который через минуту после того, как Роуз отправилась спать, появился на веранде, с умилением взирал на эту идиллию. Но тут Трэвис объявил о своем намерении, и у Харрисона вытянулось лицо.